Дом дружбы народов

Кто в доме дружбы народов живет?

Эксперты сходятся во мнении о том, что межнациональный мир в России постоянно испытывают на прочность. То новые националисты, то сепаратисты, то участники террористических формирований, ведущих вербовочную работу на территории нашей страны. На фоне сложной и довольно запутанной обстановки с внешней и внутренней миграцией, мы встречаемся с Александром Владимировичем Снетковым, президентом Ассоциации «Защита» и президентом Культурно-патриотической межрегиональной общественной организации «Дом дружбы народов».

- Александр Владимирович, почему Вы, почему сейчас, и зачем? Ведь в в Санкт-Петербурге действует и государственная структура, призванная заниматься межнациональными проблемами. Вы полагаете, что их усилий недостаточно?

- Во-первых, да, - недостаточно. Список вызовов, которые нам предъявляет время, слишком длинный. Одной государственной структуре, которая подчиняется Федеральному Агентству по делам национальностей, явно недостаточно. К сожалению, мы каждый день об этом читаем, смотрим или слушаем в СМИ и сталкиваемся в реальной жизни. И я уверен, что именно общественная организация имеет некоторые преимущественные возможности. При этом, конечно, мы не имеем в виду, что мы лучше, а госучреждение надо закрыть. Разумеется, мы готовы взаимодействовать и будем рады любому сотрудничеству. У нас нет сепаратистских настроений и спеси – мол, мы лучше всех, и сейчас всех научим как правильно. Просто мы действительно можем и делаем много, а отчитываемся перед своей совестью и людьми, а не перед вышестоящими инстанциями. Вот это я считаю преимуществом. Кроме того, на всё, что мы делаем, мы тратим свои собственные деньги, и ничего ни у кого не просим.

- А «мы» - это кто? И почему вы ничего ни у кого не просите?

- Это принципиальный момент. Важно понимать, что учредители «Дома Дружбы» - не случайно согнанные центробежными силами судьбы люди в одно место в одно время. Так или иначе мы все взаимодействовали прежде в деловой сфере, а с кем-то были просто товарищеские отношения. Это Валерий Янин, Герой России, один из руководителей Ассоциации Героев России и Советского Союза, Руслан Агарагимов, первый заместитель председателя дагестанской диаспоры Санкт-Петербурга, мастер спорта по вольной борьбе, он также занимается проблемами детского и юношеского спорта в городе, Тагир Абдуллаев, чемпион и призер чемпионатов России по дзюдо, чемпион СССР и мира по самбо, Андрей Семенов, советник губернатора Санкт-Петербурга, чемпион мира и Европы по смешанным единоборствам, и я, бывший сотрудник спецподразделения МВД по борьбе с терроризмом.

- Трудно не заметить, что учредители, помимо того, что все они сейчас занимаются общественной работой, или спортсмены, или спецназовцы, или люди, сполна хлебнувшие войны.

- Я-то как раз ничего странного в этом не вижу. Люди с решительным характером, упорные, волевые, добившиеся в жизни всего самостоятельно, знающие цену тяжелому труду, далекие от чванства и надменности, настоящие патриоты своей родины… Ну вот скажите, а кто, если не выдающиеся спортсмены, после спортивной карьеры начавшие делать карьеру государственного деятеля или бизнес, лучше знает как устроена жизнь и имеет четкие, ясные взгляды на то, что нужно делать ради мира и согласия в своей же стране?

- Когда какая-то новая общественная организация появляется, сразу невольно спрашиваешь себя – кто за этим стоит, и кто будет давать этим людям деньги…

- Никто за нами не стоит. Никто нам деньги давать не собирается. За нами стоим мы сами, наша история, наши люди, наше будущее. Все, кто учреждал «Дом дружбы» - вполне состоявшиеся люди, которые в подачках не нуждаются. Мы всё делаем за счет собственных средств. Другое дело, что, конечно, у нас полно идей как монетизировать некоторые мероприятия, заработать для своей же общественной организации деньги. Кого привлечь в качестве деловых партнеров, чьи деньги использовать так, чтобы они позволили нам заработать и двигаться дальше, планируя еще более масштабные акции, организовывая настоящие события.

- Но с какого-то конкретного события началось строительство вашего «Дома»?

- Приехал как-то Руслан (Агарагимов – ред.). Мы знакомы с начала 90-х, когда он еще только начинал заниматься бизнесом, да и я не так давно уволился из милиции. Жизнь несколько раз нас сводила вместе в разных обстоятельствах. И вот пьем мы с ним кофе, и он говорит: «Саша, надо что-то делать. Ты видишь, что делается с нашей молодежью! Мало того, что у нас столько хлопот с гастарбайтерами из других стран, мы со своими пацанами не можем справиться! Никто же этим толком не занимается». Ну, погоревали мы с ним вместе, разошлись с мыслями «а что же делать-то?», а спустя несколько дней пришли к выводу, что не вмешаться в развитие событий не можем.

- А как вмешаться-то, Александр Владимирович? На словах это звучит правильно, а что делать нужно? Вот как говорила моя бабушка «Куды бечь-то»?

- Для начала мы сформулировали стратегию. Потому что наполнить действиями схему и идею – нетрудно. Вы правильно говорите, что нужно понять – ради каких коврижек? Цель-то какая? Это же не дурацкий застольный тост «за все хорошее против всего плохого». Как будто кто-то, кроме больных на голову, за плохое будет упираться. Поэтому и мы понимаем, что, будучи общественной организацией, нам необходимо быть частью общенационального проекта, инструментом стратегии государства.

- А в чем она заключатся?

- Как бы не ухмылялись либерально ориентированные соотечественники, у России всегда был, есть и будет внешний враг. Он опирается на часть наших собственных граждан, для которых всё, что происходит в стране – ад по определению, а вон там, где Запад – там чистенькие люди пьют нектар и говорят стихами. Хотя только слабоумный не видит, что это не так, граждане отрабатывают кто зарплату, кто гранты в качестве агентов влияния и баламутят тех, кто довольно легко поддается на красивые речи. А кто это? Молодежь, конечно!

Её очень активно, в том числе и русскую молодежь, обрабатывают вербовщики ИГИЛ (запрещена в России). Вот только недавно едва вытащили из лап вербовщиков очередную дурочку шестнадцати лет. И это уже не бандитское подполье, это – террористическая война. А против нас предпринимаются тройные усилия! Прежде всего, я считаю, потому, что на Северном Кавказе очень тяжелая экономическая ситуация. Безработица, коррупция, клановость. Только силовыми способами этого не победить. Здесь государство не справляется совсем на другом уровне. Вот где прорастают зерна будущей ненависти религиозной и национальной. Как это было всегда, Бог и Вера становятся инструментом в руках тех, кто наживается на горе и крови.

- Мы с Вами обсуждаем крайности. А бытовое поведение так называемых «внутренних мигрантов» разве не раздражает?

- Конечно, раздражает. Причем, раздражает также среднее и старшее поколение их земляков. Мои товарищи-кавказцы, соучредители «Дома Дружбы» и поэтому тоже решили участвовать в этом общественно-политическом проекте. Можно сделать так, чтобы вчерашние тихие, вежливые, предупредительные, воспитанные чеченские и дагестанские мальчишки не срывались, как с цепи, нюхнув воздух свободы.

- А как? Ведь это очень болезненная проблема.

- Давайте вот с чего начнем. Когда наш «Дом Дружбы» находился в процессе регистрации, ко мне приходили разные люди. Некоторые из них говорили: «Саша, ты с ума сошел! Надо давить их и отправлять назад в свои аулы». А я говорю: «Вот вы то же самое скажите русским людям, в том числе, казакам, в Минводах, Пятигорске, Кабарде, Краснодаре, других городах юга России. Там русские люди не века, а тысячелетия жили не просто по соседству с кавказскими народами, а вместе с ними. Да, жили по-разному. Иногда и враждовали. Но научились сосуществовать вместе, перенимая друг у друга и культуру, и обычаи, и способы строить жизнь в смысле производства, прежде всего, сельскохозяйственного. И сейчас живут. И будут жить. А вы что, хотите, чтобы выжило в результате резни просто арифметическое большинство? Разве мы так в истории своей многотысячелетней хоть раз поступали?».

Что это значит? Это значит, что с молодежью, прежде всего, нашего Северного Кавказа, нужно работать. И авторитетным представителям диаспор, и нам, конечно.

- Как именно работать?

- Конкретный вопрос – конкретный ответ. Мы уже проводили несколько очень заметных мероприятий. Это и спортивные соревнования, и культурные акции, и даже кулинарные шоу разных народов. В планах – и выставки народов России, и фестивали культуры. Люди сближаются только тогда, когда что-то делают вместе. У нас, например, совместные памятные мероприятия к Дню Победы. Это не только почитание героев нашей страны, но и простые дела – уборка территорий, понятная работа, которая дает видимые результаты. Это важно – показать молодым людям, что они не оторваны от своей истории. Что честь, достоинство, добро, справедливость – это признак того самого Русского мира, частью которого является и Алтай, и Крым, и Северный Кавказ. То, что это не какие-то теоретические схемы, доказывает жизнь. Вот у того же Руслана Агарагимова – жена русская, дети, которые воспитываются не в обстановке дремучего религиозного средневековья, поверьте.

Хотя еще одна часть нашей работы – это формирование здорового общества. Например, телевизор вообще невозможно смотреть. Эти скотские оскорбительные ток-шоу, где вытаскивают на свет интимные подробности жизни людей, трясут на всю страну грязным бельем… Вот здесь живет сам Дьявол, я не шучу. Чему это учит молодых людей? Беспринципности, неразборчивости в половых связях, самым омерзительным формам сосуществования. Они топчут семейные ценности, сеют самую настоящую вражду между народами не тем, что делают, а тем, что не делают. Где в Новогодних огоньках казачьи танцы? Где лезгинка, где песни, танцы, культура других народов нашей страны? Зачем вы нам показываете из года в год одних и тех же отвратительных людей? Должны мы этому противостоять? Обязательно! Чтобы любая молодежь, какую бы национальность из почти двухсот в нашей стране, она не представляла, ориентировалась бы на лучшие образцы традиционного консервативного воспитания, а не на грязь, с помощью которой телеканалы зарабатывают рейтинги, а, значит, и деньги.

- Да, вот мы уперлись, как это часто бывает, в молодежь Северного Кавказа. А другие диаспоры?

- В том-то и дело. Мы много знаем о других наших народах? О мордве, татарах, алтайцах, калмыках, бурятах, ненцах, чукчах…. Несть числа нашим соотечественникам, спасибо Господу за такое культурное и этническое богатство! Даже не буду перечислять сколько интересных мероприятий можно организовать с участием этих диаспор и землячеств.

- У меня есть друг, Саидмуахмуд. Он по образованию филолог. Кроме родных русского и таджикского, у него свободный английский. Но он – человек поколения СССР. Как и многие, был вынужден зарабатывать в России. Здесь, в Питере. На стройке. Выдавал инструмент. Но основной его работой было – мирить представителей мигранстких диаспор, когда они ожесточенно делили рынок труда. И он рассказывал мне, как тяжело и страшно устроен этот мир изнутри.

- Да, вот эта проблема не просто острая, она будет все время обостряться. Визового режима у нас нет, трудовые патенты стоят дорого, работы мало. Молодежь из бывших республик – это уже не наши бывшие граждане. Большинство молодых людей уже понятия не имеют как устроена Россия, плохо знают русский язык, им часто плевать на нашу культуру, ценности и то, что нам дорого. Они приехали на заработки. Мы же по привычке думаем, что это те же самые таджики, узбеки, киргизы и молдаване, которые были нашими соотечественниками. А это не так. Это другие люди. Поэтому относительно проблем внешней миграции подход должен быть другим.

- Вы знаете, каким?

- Во-первых, безусловное требование ко всем соблюдать законы нашей страны, правила пребывания в ней и условия, на которых они получают работу. Кстати, это требование зеркальное. Работодатель тоже обязан обеспечить этих людей всем, чем должен. На положении рабов они находиться не должны. Это те, кто приехал, поработал, и уехал. Другое дело – соискатели вида на жительство и гражданства. С них особый спрос. Я уверен, что для таких людей всё должно быть еще строже. Ведь они претендуют на то, чтобы быть гражданами великой страны. Попробуй в тех же США натурализоваться! Семь кругов ада!

И, да, для этих людей мы тоже готовы открывать и языковые курсы, и правовые, и содействовать адаптации, если они к этому стремятся. Не хотят – вот вам Бог, а вот – порог. Потому что у нас пред глазами пример Европы, которую практическим похоронили так называемые беженцы и мигранты. На деле это толпы бездельников с криминальными наклонностями, которые сидят на шее у европейских налогоплательщиков и работать даже в мыслях не держат. Поэтому если страна количественно и должна прирастать, то своим населением, и теми, кто стремится к тому, чтобы быть её полноценным гражданином. А это в первую очередь – законопослушание, трудолюбие, способность и желание адаптироваться к законам, быту, правилам коренного населения. В этом мы готовы помочь и подставить плечо.

- Сам собой напрашивается вопрос о законе и порядке. Как это обеспечить?

- Ни одна общественная организация, особенно такая, которая позиционирует себя в рамках общенационального, государственного проекта, не может и не должна обходиться без поддержки и помощи государства и его структур. Мы рассчитываем на то, что нашу инициативу поддержит Игорь Вячеславович Баринов, председатель Комитета по делам национальностей, для которого мы подготовили пакет документов и отослали. Это письмо, в котором мы рассказываем о наших целях и задачах, а также предложение о сотрудничестве. Считаю, что было бы правильным создать такое партнерство. И, конечно, работа с правоохранительными структурами. С ними нужно согласовывать свои намерения по обеспечению законности. Если представители депутатского корпуса, местного самоуправления, общественные организации хотят участвовать в том, что мы делам, наши двери открыты.

И я, и мои коллеги и друзья, убеждены в том, что всегда, везде, в любом деле во главе угла стоит Закон, который един для всех, и государство и его граждане, ради которых Закон работает. Мы, как общественная организация, в партнерстве с государством, хотим нашу страну не только сохранить, но сделать жизнь наших людей спокойнее и гармоничнее.
Made on
Tilda